Снега Тюмени оказались тёплыми

Подробности

Категория: Регионы

Опубликовано 15.03.2023 21:36

Просмотров: 2422

Накануне очередной годовщины событий «Крымской весны» по редакционному заданию предстояла рабочая поездка за Урал. В дороге мыслилось о том, что наша республика — относительно новый, хотя уже и интегрированный регион в составе современной России. Но при этом также думалось, что не стоит сбрасывать со счетов наличие того факта, что Крым ментально и культурно на протяжении всего постсоветского периода неизменно оставался в духовном поле Русского мира. Пытливое сознание, почти что первопроходца, любопытно и немного назойливо вопрошало: что же общего между полуостровом и материковой Россией? Что может связывать наш европейский регион, например, с такими относительно отдалёнными территориями азиатской России, как Тюменская область? Об этом — в рубрике «Крым открывает Сибирь».

XXI век вносит свои коррективы в восприятие человеком времени и пространства. Пространство жителям планеты под влиянием факторов развития видов транспорта кажется всё более куцым, а время, в силу увеличения информационного потока, — всё более сжатым. И сегодня весьма солидное расстояние между Симферополем и Тюменью (приблизительно в 3300 километров железнодорожного полотна) уже не столь труднопреодолимо, как в прежние столетия, даже несмотря на временные затруднения, связанные с логистикой, вызванные нефункционированием воздушных гаваней Юга России в силу соблюдения необходимых условий безопасности гражданских лиц на время проведения СВО.

Удивительным, известным далеко не всем крымчанам фактом является то обстоятельство, что наши относительно удалённые друг от друга регионы России связывает не только вопрос углеводородного сырья, но и общая судьба отечественной истории.

В 2024 году крымчане встретят юбилейный — восьмидесятый по счёту — год освобождения Крыма от нацистских войск. Тема Великой Отечественной войны и в наши дни животрепещуще воспринимается в Крыму с его разветвлённой в трагическом прошлом сетью концентрационных лагерей, исторически знаковым подпольным движением и героическими подвигами отважных партизан, прославившими их в веках, совершёнными на той, уже далёкой, но не забытой войне. Небезразлична она и сибирякам. Оказывается, эта страница истории ХХ века воедино связывает в том числе Крым и Тюмень, удалённые географически, но близкие духовно, на уровне эгоистории, — например, на биографии личности подпольщика Анатолия Косухина. Исторически наши регионы объединены волею провидения переплетением судеб других персоналий, причём как довоенного, так и послевоенного периодов.

С лета 1943 года А. Косухин возглавлял Симферопольскую городскую подпольную комсомольскую организацию, являясь членом горкома ВКП (б), участвуя в диверсионных и агитационных акциях, печатании листовок, поддерживая связь с областным партийным центром. За заслуги в борьбе с нацистами в 1965 году его наградили орденом Ленина.

А в 1944-м, после освобождения Симферополя и всего Крыма, пятеро руководителей крымского подполья были представлены к званию Героев Советского Союза. В их списке оказался и А. Косухин.

Для тюменцев он — первый ректор Тюменского индустриального университета. На главном корпусе вуза есть памятная доска, надпись на которой гласит: «В этом здании с 1964 по 1973 гг. работал основатель и первый ректор Тюменского индустриального института, профессор Анатолий Николаевич Косухин (1925—1988 гг.)».

В. Кропчев.— Почётный гражданин Симферополя, профессор, генеральный директор специализированного научно-производственного объединения «Союзвузприбор» (г. Москва) ныне покоится в крымской столице на городском кладбище «Абдал-1», — рассказывает мне, проводя экскурсию по Тюмени, действительный член Императорского Православного Палестинского общества Владимир Кропчев, в настоящее время активно работающий над изданием, посвящённым А. Косухину, оригинал-макет которого мне посчастливилось увидеть заблаговременно.

В ходе общения и встреч с авторским коллективом издания была достигнута и уже выполнена договорённость о включении в состав его редколлегии двух крымских историков: заместителя Председателя Государственного Совета Республики Крым Владимира Бобкова, а также председателя Крымского регионального отделения ИППО.

Однако личностью А. Косухина не исчерпывается история переплетения судеб по направлению Симферополь—Тюмень. Имя Луки Крымского — знаковой фигуры ХХ столетия — стало символом стойкости веры, мужества, разумной политики архипастыря (в годы богоборчества и гонения на Церковь) не только для Крыма, но и для всей России. Наш полуостров и Западную Сибирь также связывает биография этого великого подвижника современной Церкви.

Абалакский монастырь.«Далеко не всем крымчанам (да и тюменцам тоже) известен тот факт, что в начале зимы 1923 года Лука сделал вынужденную (первую этапную) остановку, будучи направленным в ссылку. Сам он в автобиографии об этом вспоминал так: «Когда поезд пришёл в Тюмень, был тихий лунный вечер, и мне захотелось пройти в тюрьму пешком, хотя стража предлагала подводу. До тюрьмы было не более версты, но, на мою беду, нас погнали быстрым шагом, и в Тюрьму я пришёл с сильной одышкой. Пульс был мал и част, а на ногах появились большие отёки до колен», — цитирует Святителя Луку Александр Вычугжанин (доктор исторических наук, лауреат премии Союза писателей России «Имперская культура» имени Эдуарда Володина, член Российского исторического общества) во вступительной статье к тюменскому изданию В. Войно-Ясенецкого «Дух, Душа и Тело. Наука и религия», вышедшему при поддержке местного отделения ИППО.

Тема тюменских застенков присутствует и в биографии знаменитого Александра Грина — одного из символов Феодосии, да и, пожалуй, всего Русского Юга.

Что же ещё связывает современный Крым и Тюмень на уровне биографистики? Прежде всего, известный детский лагерь на берегу моря — «Артек». Тюменцы в советское время принимали активное участие в его строительстве и освоении (так, Владимир Кропчев был заместителем начальника лагеря по строительству); в настоящий момент эта детско-юношеская площадка связывает талантливую молодёжь многих регионов России, включая Тюмень.

Инновационная аудитория Школы инженерного резерва ТИУ.Д. Русских.— Ни ковид, ни СВО не смогли пресечь сотрудничество между нашим университетом и «Артеком», — рассказывает руководитель Школы инженерного резерва Тюменского индустриального университета Дмитрий Русских.

Сегодня в инновационном учебно-лабораторном корпусе под его руководством осуществляется современная профориентационная работа по подготовке абитуриентов и старшеклассников к поступлению в высшее учебное заведение. Занятия ведут аспиранты университета и его молодые преподаватели.

Тюменский регион для гостя — это не только история и прошлое в духе великих географических открытий, но и настоящее с интересными людьми, сохранившими через века неподдельную русскость с элементами старообрядчества. В нём тесно переплетена культура от эпохи открытия и освоения Сибири Ермаком Тимофеевичем (первых острогов и русских населённых пунктов — Тюмени (1586), Тобольска (1587), ставших основными операционными центрами освоения Зауралья) до настоящего времени, в котором видим современный регион с хорошими дорогами и развитой инфраструктурой.

Оказавшись в Западной Сибири, конечно же, нужно обязательно посетить Тобольск — город с богатой историей на севере современной Тюменской области. Тобольский Кремль и Аба- лакский монастырь — визитные карточки региона, раскинувшиеся на могучем Иртыше. Посетив музеи Тобольска, можно получить визуальное представление об истории Прииртышья с времён первопроходцев до трагических событий восемнадцатого года.

Тобольск — это начальная веха восхождения царской семьи на русскую Голгофу, её крестный путь страданий, завершившийся в Екатеринбурге,в доме Ипатьева, летом 1918 года. И здесь, в Тобольске, в Музее царской семьи тоже можно проследить крымскую тему в выставленных экспонатах: яхта «Штандарт», последняя поездка императорской семьи в мае 1916 года в Евпаторию.

Тобольский кремль.

В другом географическом направлении (к юго-востоку от Тюмени) находится небольшой городок Ялуторовск, известный в советское время по топовой молочной продукции и конфетам «Гуливер», которые хорошо помнят люди старшего поколения и среднего возраста. Ялуторовск сегодня — ни больше ни меньше — блинная столица России. Вот и в этом году местные кулинары смогли вылить блин диаметром в 3 метра, нафаршировав его 20-ю килограммами мяса.

Ялуторовск, который тюменцы в шутку называют Ялтой, — город декабристов. Их след (в виде планировки центральных улиц города под чёткими прямыми углами) здесь явно ощутим и в наши дни. Однако насколько бы хорошо вы ни знали тему декабристского движения, думается, посетить Дом-музей М. И. Муравьёва-Апостола не будет лишним даже специалистам-историкам.

Экскурсовод Ю. Сутурина знакомит с экспозицией Дома-музея М. Муравьёва-Апостола.— Этот дом был построен в 1795 году мещанином Егором Прокопьевичем Белоусовым, а вот позднее, в 30-е годы XIX века, в город приезжает Матвей Иванович со своей супругой Марией Константиновной. Здесь они снимают две комнаты: ту, в которой мы с вами находимся, и соседнюю гостиную, — начинает свой рассказ историк-краевед, экскурсовод Юлия Сутурина.

Часовая экскурсия, проведённая сотрудником музея, антураж внутреннего убранства, личные вещи декабриста, его рабочий кабинет глубоко погружают в эпоху девятнадцатого века, воскрешая из небытия образы прошлого.

Дом-музей М. Муравьёва-Апостола не единственный в городе. Также можно посетить Краеведческий музей и туристический комплекс «Ялуторовский острог», в котором богато представлены этнографические экспозиции, реконструирующие хозяйственно-культурный тип Западной Сибири в период освоения региона русскими первопроходцами.

Западная Сибирь — это не только нефть и газ, но и другие (восполняемые) природные ресурсы. Недалеко от Ялуторовска, в селе Памятное, находится санаторий-профилакторий «Сосновый бор», расположенный в хвойном лесу на берегу старицы реки Исеть, в окружении живописной природы. Термальные источники и зимнее купание среди спокойной и величественной красоты, вдали от городской суеты мегаполисов, в окружении красноватых стволов сибирских сосен помогут обрести духовное равновесие и внутреннюю гармонию.

Однако Россия — это не только природа, ресурсы и бескрайние просторы. Россия — прежде всего — мы, её граждане, простые люди.

С. Суразаков.Безусловно, живое общение с жителями региона — важнейшая часть любого визита. Встреча с коллегой-журналистом, главным редактором газеты «Тюменская губерния» Сергеем Суразаковым — ментальная часть поездки за Урал, создающая ненадуманное ощущение единения судеб. В ходе беседы можно было найти много параллелей в биографиях людей, переживших распад СССР — большой исторической России. Военный журналист по профессии, он вспоминает 1991 год, на который выпал период его учёбы в Львовском военно-политическом училище на факультете журналистики.

«Известные персонажи собрались тогда в Беловежской пуще, и именно в тот момент нас всех обманули самым подлейшим образом. Помню, как уже на следующий день мы проснулись в другом государстве. Смотрим: а на плацу уже висит жовто-блакитный флаг. За ночь, почти таинственно, куда-то исчез бюст Ленина, и вчерашний замполит в мановение ока уже говорит во время утреннего построения на чистом украинском языке с ощутимым галицийским акцентом. Ещё вчера он — преподаватель военного коммунизма, а сегодня — переобувается в воздухе и становится проводником идеологии независимой Украины. Наступило время метаморфоз, которые происходили и с нашими ребятами. Вчерашние друзья стали недругами. Началось брожение. Первыми с места снялись курсанты-грузины. Грузия в те дни переживала эмоциональный аффект в виде взлёта идей Звиада Гамсахурдиа. Грузины в те дни реально сбежали, самовольно оставили расположение части. Не знаю, как, но тот учебный год мы завершили, и в конце курса нам чётко сказали: «Кто хочет дальше учиться — принимайте украинскую присягу, если нет — можете уезжать». И в этот момент появляется полковник Гара, представитель Военно-политической академии имени Ленина. Заходит в аудиторию, я тогда был замкомвзвода. «Товарищи курсанты, — обращается он, — я — полковник Гара, представляю факультет журналистики Гуманитарной академии Вооружённых Сил» (ГАВС, ныне — Военный университет МО РФ). Она уже так называлась к тому времени. В общем, всех, кто не принял присягу, переводили для дальнейшего обучения в Москву. Вот тогда-то мои бывшие сотоварищи немного поникли. Неопределённость прошла. Настал черёд радоваться нам. Дальше было обучение в Москве».

Музей царской семьи в Тобольске.Не могли не затронуть с коллегой-журналистом и тему спецоперации. «СВО закончится,но останутся (где — не знаю) мои однокурсники в лице Тараса Греня, Паши Жицкого, которые сегодня являются полковниками ВСУ. Они — вчерашние курсанты, бывшие у меня в подчинении. Был такой эпизод: как-то летом 2021 года по телевидению, в программе «60 минут», идёт включение Украины — и вот Тарас Грень сидит где- то в украинской студии и говорит, что «если только русская нечисть сунется на Украину, мы будем пачками отправлять их домой — в Россию, но уже в гробах». И это было в тот период, когда мой сын проходил службу в рядах Вооружённых Сил нашей страны. Эти слова исходили из уст душевного в прошлом курсанта, который был тишайшим и исполнительным. Это был тот самый Тарас Грень, который радушно встречал нас в 2008 году, хотя уже и тогда при посещении нами родного вуза говорил, чтобы мы в корпусах бывшего училища не общались на русском языке. Это было во время встречи однокашников по случаю 15-летия окончания вуза. Со временем, после 2014 года, он начинает воспевать «небесную сотню». Общаясь с ним в соцсетях, я говорил: «Тарас, очнись, это же нацисты». Получаю в ответ: «У меня был друг Сергей Суразаков, теперь — его нет». Сегодня настало время, когда человек определяется с выбором: с кем ему быть. Хотя я понимаю, что они в погонах... Так же как отдаю себе отчёт в том, что нам придётся решать вопрос идеологического исправления этих людей после окончания спецоперации, и это будет не менее тяжёлое бремя, чем горячие столкновения сегодня».

Завершая наш почти полуторачасовой разговор, задаю коллеге простой, но ёмкий вопрос: «В чём, на ваш взгляд, предназначение журналиста?». «Информировать людей, — отвечает Сергей Суразаков, — я пытаюсь донести свет в общество, позитив; настоящий журналист должен быть за всё хорошее, против всего плохого».

Отказ от принятия украинскойприсяги, тема СВО и судьбы бывших однокурсников офицера и журналиста оказались в центре внимания нашей беседы, которая проходила в последнее утро моего пребывания в Тюмени.

Две недели командировки пролетели быстро, и приближение к крымским степям вызывало, кроме радости возвращения домой, определённое смятение и тоску. Тяжело было покидать зиму. Сибирская зима — это не время года, это — состояние души русского человека с её природной чистотой и белым безмолвием, внутренним спокойствием и безмятежной Вечностью.

Тяжело было покидать и людей, новых знакомых, после столь радушного приёма. Перефразируя крылатую фразу известного ближневосточного политика, скажу: «Снега Тюмени оказались тёплыми».

Роман БЛИЗНЯКОВ.

Фото автора.

• < Назад
• Вперёд >